"Я НИКОГО НЕ ДУШИЛ!...".

Вениамин Смехов - очень разносторонний и образованный человек, зовоевавший сердца многочисленных поклонников не только своими актёрскими работами: последнее время он ставит спектакли, читает лекции и пишет книги. А ещё он всегда был жизнелюбом и обладал неиссякаемым чувством юмора. Однажды шутки ради, учась на 2-м курсе Щукинского театрального училища, он опять решил поступить во все театральные вузы. Однако не был принят ни в один - "за неимением таланта".

- Вениамин Борисович, я знаю, что вы довольно редко бываете в России. С чем это связано?

- Я всегда любил мотаться по миру. Любил быть актёром на свежем воздухе. Так было, есть и, наверное, будет всегда.

- Чем вам приходилось заниматься в последнее время?

- Много всего было: и там, и здесь, жаловаться грех. Спектакли в Германии и в Питере. Телевизионные работы - "Театр моей памяти", например. И записи дисков, которые мне тоже очень важны. Были и актёрские работы в драматических спектаклях в разных странах, включая и Россию. И оперные спектакли в Германии и Праге. И даже преподавательская работа, но, к сожалению, не у нас, а там.

- Насколько мне известно, вы преподавали в женском колледже. Расскажите, пожалуйста, о ваших впечатлениях.

- Преподавание курса "История русского театра" в американском университете "Смит колледж" в Массачусетсе действительно стало одним из самых интересных периодов последнего времени. Это такое гипнотическое место для студенчества. Америка сама по себе - непонятная для меня страна. Как и в России много Россий, так и в Америке много Америк: там есть и русская Америка, есть и японская, и китайская, и литовская. Было очень любопытно погрузиться в эту особую среду. Самыми интересными людьми для нас - для меня и моей жены - были слависты. В "Смит колледже" действительно учатся одни девочки. Это, конечно, по теперешним временам очень экзотично. Но зато преподают там в основном мужчины. Правда, по соседству есть колледж "Магот холиот", где когда-то много лет читал лекции Иосиф Бродский, и оттуда на театральный факультет "Смит колледж" иногда переходят мальчики. Вот у меня в группе был один юноша, очень талантливый, который играл в чеховском спектакле "Предложение" сразу две роли, причём одну - женскую, одну - мужскую. И это было чрезвычайно интересно.

- Вы сказали "для меня и моей жены"... Чем занимается ваша супруга?

- Моя жена преподаёт в этом же колледже, и довольно успешно, "Историю русского кино".

- Система преподавания в Америке отличается от нашей?

- Да, отличается. Поэтому обучать актёров, вернее актрис, профессиональному мастерству мне было нелегко. Понимаете, заниматься искусством, и театром, в частности, очень сложно. Это требует ежедневного тренинга, полной отдачи, а не через пень-колоду. Американцы же занимаются театром, но одновременно ещё и биологией, и политикой, и экономикой и т.д.

- Можно ли как-то сопоставить по духовности российскую и американскую молодёжь?

- Я не могу отвечать на незнакомые мне пространства. Для меня всё равно западная жизнь смотрится через российские очки. На уровне высокого, на уровне прекрасного, скорее всего, я вижу сходство. Но у нас разная культура, разные предпочтения. Например, если в Европе отношение к театру, к культуре сходно с нашим, российским, то в Америке всё совершенно иначе. Там страна строилась совсем по другим принципам. В их основе - политика, экономика, бизнес. Искусство же счмтается развлечением и потому должно зарабатывать на себя самостоятельно. Поэтому театр брошен, что называется, на произвол судьбы. Неудивительно, что тасяча театров Америки бедствуют. Но актёры не кричат, не заламывают рук. У них нет пафоса, просто они к этому бедствию всегда готовы заранее. И в этом разница между ними и нами. Американцы более мобильны, они включаются в работу сразу, с перых же секунд. Но в то же время как актёры они менее эмоциональны и более техничны.

- Как вы считаете, заграничные женщины похожи на русских?

- Даже русские женщины - и те друг на друга не похожи! Но, пожалуй, я не возьмусь обобщать. Хотя понятие прекрасной русской женщины, безусловно, существует. В Америке с этим сложнее (смеётся). А культ женщины в России я всячески поддерживаю.

- У вас есть своё представление о женской красоте?

- Слава Богу, мне посчастливилось, и оно реализовалось в моей собственной жене. Это на самом деле так во всех отношениях.

- Как вы познакомились?

- Галя Аксёнова, ленинградская студентка, стажировалась у Любимова на Таганке как театровед. И, наверное, притягивала к себе взгляды и вызывала восторги всех нормальных мужчин театра, включая самых знаменитых. Но она не любит, когда я об этом рассказываю. Мне за это попадает! (Смеётся)Она по-настоящему сама себе хозяйка, и ей не нравится, когда я её рекламирую. И это для меня тоже урок женской высоты: желание быть самостоятельной, умение жить для себя, но в то же время всегда помогать близким. Это уникальная вещь. И, как мне кажется, входит в понятие прекрасной русской души.

- Супруга вам во многом помогает?

- Не просто помогает! Я физически не существовал бы уже последние лет пятнадцать, если бы не было Гали. Кроме того, у нас счастливая корпорация - мы занимаемся одним делом. И идеи, которыми я занят в литературе, в режиссуре и актёрстве, во многом обсуждены и часто инициированы ею.

- А это хорошо, когда у мужа и жены родственные профессии?

- Вообще-то считается, что если у актёра жена критик, то это опасно. Но наша любовь началась с того, что я увидел какие-то клочки от её статьи о "Мастере и Маргарите". Там было что-то хорошо обо мне сказано. И как только мы полюбили друг друга и решили никогда не расставаться, она всё порвала и выбросила. И больше обо мне ничего не написала!

- Вы говорили, что считаете себя театральным актёром. А разве вы не любите сниматься в кино?

- Я люблю кино, но, пожалуй, как зритель. И, может быть, ещё как режиссёр: на телевидении, в частности, в Москве, я сделал много спектаклей с известными актёрами. У меня играли Леонид Филатов, Зинаида Славина и Пётр Фоменко. А как актёр в кино я чувствовал себя, можно сказать, периферически. У меня театр был всегда первым и главным. Но если бы я в кино попал к хорошему режиссёру... А так из моих двадцати с лишним работ в кино в хорошие режиссёрские руки я попал, может быть, всего лишь дважды. Зато всегда любил работать на озвучании за кадром - это не менее интересно, чем красоваться в кадре. Хотя, конечно, если бы я не снялся в кино, у меня не было бы такой популярности.

- А, кстати, как вы к ней относитесь? Вас не утомляет внимание поклонников?

- Я не люблю популярность, она меня тяготит. Поэтому когда я езжу по разным странам, то не тоскую оттого, что меня никто не узнаёт. А приезжая в Москву, я прямо с паспортного контроля сразу попадаю в дружеские объятия и под пристальные взгляды, раздаю автографы и т.д. И это будет продолжаться, пока я ещё похож на того самого мушкетёра Атоса. Но тем не менее театр для меня остаётся на первом месте. Кино, возможно, станет главным, если я попаду к блестящему режиссёру. А они есть!

- Раз уж вы вспомнили об Атосе, то признайтесь: вам встречались женщины с характером Миледи?

- Нет-нет, я никого не душил! (Смеётся) Если только в объятиях...

- Вы как-то сказали, что ваша любимая богиня Мнемозина - богиня воспоминаний. А вам, судя по всему, есть что вспомнить. О чём будет ваша следующая книга?

- Моя следующая книга будет о путешествиях. А жить мне действительно очень интересно!

корреспондент Элина Богалейша,
газета "Бульвар", 17-24 января 2002 г.